ЭКО в Мангистау: Как в регионе развивается современная репродуктивная медицина
О перспективах развития репродуктивной медицины в Мангистау, государственных квотах, современных технологиях, мужском и женском бесплодии, генетическом тестировании эмбрионов и о том, почему не стоит ждать от ЭКО стопроцентной гарантии, рассказал академик Национальной академии наук, главный внештатный репродуктолог Министерства здравоохранения РК, президент Казахстанской ассоциации репродуктивной медицины Вячеслав Локшин, передает otpannews.kz.
По словам специалиста, сегодня вспомогательные репродуктивные технологии уже давно перестали быть исключительно узким направлением медицины. Они напрямую связаны с демографией и дают возможность тысячам семей стать родителями.
«Надо сказать, что вот за последние пять лет в стране реализуется программа Президента «Аңсаған сәби». И каждый год в Мангистау 200 супружеских пар получают квоты на лечение бесплодия. За эти годы более тысячи супружеских пар прошли лечение современными методами вспомогательных репродуктивных технологий. За это время у этих пациентов родилось более 400 детей, и беременности продолжают наступать»,- отметил Вячеслав Локшин.
Он считает поддержку семей с бесплодием одной из важных социальных функций государства.
«Я считаю, что это очень важная функция государства – поддержать пациентов, страдающих бесплодием, потому что сегодня вспомогательные репродуктивные технологии играют важную роль в демографии страны. Сегодня более полутора процентов всех деторождений происходит у пациентов после успешной программы ЭКО»,- подчеркнул специалист.
При этом государственная программа за последние годы значительно расширилась. Если первоначально количество квот было небольшим, то сегодня речь идет уже о тысячах программ ежегодно.
От «ребенка из пробирки» до генетического исследования эмбриона
История ЭКО насчитывает почти полвека. За это время технологии изменились настолько, что сегодня специалисты могут исследовать эмбрион еще до его переноса в матку, выявляя целый ряд генетических нарушений.
«Мы делаем преимплантационный генетический скрининг, то есть у пятидневного эмбриона можем определить все 46 хромосом. И не только хромосомы, но даже гены в случае, если есть моногенные заболевания в семье: муковисцидоз, спинальная мышечная атрофия», - объяснил репродуктолог.
По его словам, современная репродуктивная медицина стала результатом десятилетий научных исследований.
«Сегодня вспомогательные репродуктивные технологии – это новое направление в медицинской науке, начало которому положило рождение ребёнка в пробирке в 1978 году в Великобритании. Сегодня этой девочке – Луизе Браун 48 лет, мы недавно с ней встречались. Наука за эти годы сделала колоссальные шаги», - отметил Вячеслав Локшин.
Сегодня ученые и врачи имеют гораздо больше возможностей для оценки состояния эмбриона и организма женщины. Но одна из главных проблем, по словам специалиста, это возраст, так как женщины все чаще рожают в 40 лет и позже. Как отмечает врач, позднее материнство становится мировой тенденцией, и медицина вынуждена адаптироваться к новым социальным реалиям.
«Есть такая статистика: чем более благополучно государство, тем позже люди решают вопрос о деторождении. Это плохо, но это реалии. И поэтому под эти реалии мы должны создавать новые технологии», - подчеркнул Вячеслав Локшин.
Одним из таких направлений он назвал митохондриальную заместительную терапию. По словам специалиста, соответствующий проект реализуется и в клинике.
«Сегодня очень интересный проект осуществляется в нашей клинике, наверное, впервые на постсоветском пространстве. Мы работаем с митохондриальной заместительной терапией, то есть, переносим ядро из клетки женщины, у которой было много неудач, в клетку молодой женщины. И вот у нас сегодня две беременности, скоро мы ожидаем роды», - рассказал он.
По мнению врача, развитие репродуктивной медицины невозможно без тесного сотрудничества с международными научными центрами. Отдельным направлением становится сохранение репродуктивного материала у пациентов с онкологическими заболеваниями. Современное лечение рака может повлиять на репродуктивную функцию, однако технологии криоконсервации позволяют заранее сохранить половые клетки.
«Мы можем дать возможность заморозить половые клетки мужчинам и женщинам, которым предстоит лечение химиотерапией, лучевой терапией. Это называется онкофертильность. Но этому направлению необходима более активная государственная поддержка. Сегодня, к сожалению, оно не поддерживается Фондом обязательного социального медицинского страхования, а это важно. Потому что если пациенты не имеют детей в молодом возрасте, то можно, даже начиная с детства, замораживать половые клетки, ткань яичника и после успешного излечения дать возможность этим людям родить своего ребёнка», - сказал он.
Генетические технологии дают возможности и семьям, где уже есть ребенок с наследственным заболеванием.
«В стране очень много семей, которые имеют детей с моногенными заболеваниями: муковисцидоз, спинальная мышечная атрофия. И есть большой риск рождения второго ребёнка с этой патологией. Сегодня мы проводим исследование эмбриона не только на хромосомные заболевания, но и на моногенные, то есть, выявляем эмбрион, где нет этого гена либо он находится в гетерозиготном состоянии. И есть возможность предотвратить рождение следующего ребёнка с этой патологией», - рассказал репродуктолог.
Именно поэтому, по его словам, современное ЭКО нельзя рассматривать только как способ забеременеть.
«ЭКО – это не только метод лечения бесплодия. Это большая наука, это возможность в целом повлиять на будущее человека. И вот мы этим ежедневно занимаемся», - подчеркнул Вячеслав Локшин.
Для Мангистау открытие филиала клиники означает возможность приблизить к пациентам хотя бы часть сложного и длительного пути подготовки к ЭКО. Полный цикл пока по-прежнему требует обращения в крупные специализированные центры.
«Конечно, женщинам приходится ехать в ведущие центры страны: Астану, Алматы, Шымкент, Актобе. Но сегодня мы хотим приблизить длительный этап подготовки пациентки. Здесь, в Актау мы открыли клинику, и думаю, что через несколько лет, когда число этих пациентов увеличится, мы откроем полноценную лабораторию ЭКО», - сказал специалист.
Он особо подчеркнул, что развитие полноценной лаборатории требует времени и подготовки специалистов.
«Это только начало. Я думаю, что не во всех городах нужны эти клиники. Но чем больше потребность, тем больше необходимость. И клиника сильна тогда, когда в ней делается не меньше 200-300 циклов ЭКО в год. При этом часть консультаций и подготовки можно проводить здесь с использованием современных цифровых технологий. И тогда пациентки будут меньше времени находиться в Алматы», - добавил специалист.
Сегодня в филиале уже доступны многие необходимые этапы обследования. Это консультации смежных и основных специалистов, инсеминацию, исследование спермы, УЗИ-исследование, начало стимуляции. Следующим этапом станет создание собственной эмбриологической лаборатории.
«Как только мы выйдем на объём примерно 100-150 циклов из Мангистау, мы откроем полноценную эмбриологическую лабораторию и здесь»,- сообщил он.
Одна из самых распространенных иллюзий пациентов - ожидание гарантированного результата после процедуры. Однако специалисты подчеркивают: даже самые современные технологии не могут обеспечить стопроцентную вероятность наступления беременности.
«Если два молодых человека вступают в брак молодыми, без заболеваний, то даже при одном половом акте вероятность наступления беременности составляет не более 30 процентов. При ЭКО вероятность может быть выше, однако гарантировать результат невозможно. Средняя эффективность от одного переноса эмбриона в матку в мире - 30 процентов. Средний показатель по Европе - 28-29 процентов. В возрастной группе 40 лет – всего 5 процентов», - рассказал он.
Вячеслав Локшин считает, что Казахстану есть чем поделиться с зарубежными коллегами. В стране регулярно проходят международные профессиональные мероприятия, в которых принимают участие специалисты из ведущих мировых ассоциаций.
«В прошлом конгрессе в Алматы участвовали представители 32 стран мира, самых ведущих ассоциаций: европейской, американской, Азиатско-Тихоокеанской, Всемирной ассоциации по изучению бесплодия. Казахстанские клиники открыто демонстрируют свои результаты на международном уровне. Мы показывали свои результаты, мы показывали свои клиники. Спасибо нашему главе государства, который позволяет, даёт возможность всем супружеским парам с бесплодием, где есть шансы на успех, провести программу за счёт средств бюджета, включая медикаменты», - отметил Вячеслав Локшин.
Он обратил внимание, что по сравнению с рядом европейских стран казахстанская система предусматривает довольно значительный объем государственной поддержки.
«В Европе многие страны оплачивают только ЭКО, без медикаментов. У нас в этом плане социально ориентированное государство. При этом репродуктивная медицина сегодня занимает заметное место в медицинском туризме Казахстана. Наша страна имеет длительную историю развития ЭКО и накопила значительный опыт. Ни в одной стране постсоветского пространства, кроме Казахстана, Российской Федерации и Украины, программы ЭКО за счет средств бюджета не проводятся», - сказал специалист.
При этом стоимость лечения в Казахстане остается сравнительно доступной для иностранных пациентов.
«Если мы посмотрим на Восточную Европу, там тоже есть поддержка ОСМС, но в нашей стране она максимальная. То есть мы оплачиваем и стимуляцию овуляции, и лекарственные препараты, которые стоят порядка 600 тысяч тенге. Более того, в Казахстане разрешено донорство яйцеклеток. Многие программы у нас разрешены, и поэтому к нам едут иностранцы. Вот я только вчера консультировал пациентов из Мексики, Швейцарии», - рассказал Вячеслав Локшин.
Мужской фактор: ответственность несут оба
Отдельная тема – отношение общества к мужскому бесплодию. По словам специалиста, представление о том, что проблема чаще всего связана исключительно с женщиной, давно не соответствует медицинской статистике.
«Примерно 40% случаев связаны с проблемами и у мужчин, и у женщин. Когда к нам приходит пациент на ЭКО, примерно 50–51% случаев имеют мужской фактор. Но часто он сочетается с женским»,- объяснил репродуктолог.
При этом отношение мужчин к обследованию постепенно меняется.
«Раньше это было не очень популярно. Бывало, женщина приходила на обследование для ЭКО, а мужчина даже спермограмму не сдавал. Сегодня всё больше и больше появляется понимания. Но я встречал в южных регионах Казахстана такие пары, когда мужчина говорит: «Мы сделали два ЭКО, ничего не получилось, поэтому буду искать другую жену». Поэтому это тоже вопрос социальный и психологический. Но таких случаев становится всё меньше. Молодёжь всё-таки понимает, что оба несут ответственность за создание новой жизни», - сказал специалист.
Почему специалисты стремятся переносить только один эмбрион
Еще один важный вопрос современной репродуктологии – многоплодная беременность. Если раньше считалось, что перенос нескольких эмбрионов увеличивает шансы, то сегодня медицина стремится снизить риски для женщины и детей.
«Статистика была не очень хорошая ещё пять лет назад. Частота многоплодной беременности составляла около 11%. Сегодня она снизилась примерно до 6%, а в наших клиниках - до 1%. Перенос более двух эмбрионов, а фактически даже перенос двух эмбрионов, считается очень плохим показателем. Мы пациентам приводим такой пример: «Когда вам очень надо куда-то улететь, вы приезжаете в аэропорт, а вам говорят: «Да, летите, но вероятность падения самолета составляет 10%». 100% пациентов уезжают из аэропорта». То же самое мы говорим пациентам, ведь каждая вторая беременность двойней заканчивается преждевременными родами, у каждого третьего ребёнка бывает детский церебральный паралич и так далее. И это действительно мировая статистика», - рассказал специалист.
Можно ли выбрать пол будущего ребенка?
Современная диагностика позволяет определить хромосомный набор эмбриона еще до переноса. Однако это не означает, что родители могут выбирать пол ребенка по собственному желанию.
«Это запрещено нашим законодательством. Мы действительно можем определить хромосомный набор, но это делается не для выбора пола, а в случае необходимости исследования генотипа эмбриона», - объяснил Вячеслав Локшин.
В некоторых государствах законодательство предусматривает иные возможности.
«Есть страны, например Израиль и ряд других государств, где, если у семьи уже три ребёнка одного пола, можно при следующей попытке выбрать ребёнка другого пола. Потому что мы знаем пол ребёнка ещё до переноса эмбриона в матку», - отметил специалист.
Двадцать лет до первого ребенка и революция в репродуктологии
История ЭКО – это не история одного открытия. По словам Вячеслава Локшина, за появлением первой успешной беременности стояли десятилетия экспериментов, сомнений и научного поиска. В Советском Союзе первый ребенок после процедуры ЭКО родился в 1986 году в Москве. В Казахстане он появился на свет в 1996 году.
Дальнейшее развитие технологий изменило представление о возможностях лечения бесплодия. Сейчас все чаще говорят об искусственной матке. И это, считает врач, очередная революция в сфере репродуктологии.
«Важное событие произошло в 1991 году. Показали, что можно, оказывается, взять один сперматозоид, ввести его в яйцеклетку и таким образом решить проблему мужского бесплодия. Эта технология стала настоящим прорывом для мужчин с тяжелыми формами бесплодия. Ведь раньше для оплодотворения нужно было не меньше 10 миллионов сперматозоидов. Сегодня достаточно и одного. И он может дать начало беременности. Следующим этапом стало развитие криобиологии. Сначала научились замораживать сперматозоиды, затем яйцеклетки и эмбрионы. Благодаря криобиологии сегодня мы не переносим много эмбрионов, а только один. Благодаря криобиологии мы можем исследовать эмбрион, затем заморозить его и позже перенести в матку. То есть криобиология – это важнейшее направление», - подчеркнул он.
Сегодня к этим технологиям добавились генетическое исследование эмбрионов и искусственный интеллект.
«Ещё одна революция – преимплантационное генетическое сканирование. То есть мы можем исследовать эмбрион по всем 46 хромосомам. И ещё одна революция – это искусственный интеллект в нашей области. Мы сегодня активно им пользуемся»,- рассказал Вячеслав Локшин.
Мангистау предстоит пройти свой путь
Сегодня регион находится только в начале большого пути. В Актау уже можно пройти значительную часть обследований и подготовки к ЭКО, получить консультации специалистов, провести необходимые исследования и начать лечение. В перспективе – создание собственной полноценной эмбриологической лаборатории.
При этом, как подчеркивает специалист, развитие репродуктивной медицины невозможно свести только к покупке оборудования. Нужны подготовленные специалисты, достаточное количество пациентов и устойчивый объем работы, который позволит поддерживать высокий профессиональный уровень.
Для региона, где, по оценке специалиста, порядка 12-15 процентов супружеских пар сталкиваются с проблемами деторождения, создание доступной системы помощи становится важной социальной задачей. По его словам, система квот в Мангистау уже работает, а специалисты постепенно оценивают перспективы дальнейшего развития.
«При этом квоты распределяются между пациентами и клиниками очень активно и прозрачно, там нет давления. Мы несколько раз приезжали, проводили консультации, работали с аудиторией. Поэтому я думаю, что это неплохая перспектива. Просто Мангистауская область не очень большая по численности населения, поэтому запуск полноценной школы и лаборатории – это вопрос, над которым мы задумываемся. Но я думаю, что мы к этому обязательно придём», - сказал специалист.
Сегодня ЭКО для Мангистау – это уже не далёкая высокотехнологичная процедура, ради которой пациенту обязательно нужно начинать путь за пределами региона. Это постепенно формирующаяся система помощи, которая должна сделать подготовку к лечению бесплодия более доступной.
И, возможно, следующим большим этапом для региона станет тот день, когда большинство процедур, которые сегодня требуют поездки в крупные города, можно будет пройти непосредственно в Актау. Как показывает история репродуктивной медицины, путь от идеи до реальной медицинской практики может занимать годы. Но именно последовательное развитие науки, технологий и профессиональных кадров в итоге меняет возможности тысяч семей.
